Учитывая любовь американцев к продукции яблочной компании, можно было предположить, что это чистой воды провокация. Но т.к. Джон до сих пор в таких делах уличен не был, да и в особой огласке не нуждается (к слову, Бон Джови заработали за турне 2010-го года около 200 миллионов долларов, что поставило их на первое место в этой категории), мне стало интересно прочесть цитату полностью.

Jon Bon Jovi has taken aim at Apple co-founder Steve Jobs, accusing him of «killing» the music industry with iTunes.

Т.е., не музыку, а музыкальную индустрию.

The rocker is saddened that the «magical» experience of buying records in a store is disappearing, brick-and-mortars stores being eroded in part due to iTunes’ success.

Bon Jovi tells The Sunday Times Magazine, «Kids today have missed the whole experience of putting the headphones on, turning it up to 10, holding the jacket, closing their eyes and getting lost in an album; and the beauty of taking your allowance money and making a decision based on the jacket, not knowing what the record sounded like, and looking at a couple of still pictures and imagining it.»

«God, it was a magical, magical time,» he continues, «I hate to sound like an old man now, but I am, and you mark my words, in a generation from now people are going to say: ‘What happened?’ Steve Jobs is personally responsible for killing the music business.»

Это высказывание цитировали многие издания и много комментировали, но в основном все сводилось к критике Джона и тому, что хорошо, что мы сейчас можем to try before we buy.

Но ведь он говорил о совсем другом.

Когда я был подростком и вовсю увлекался музыкой, я мечтал о разных ништяках. Например, как классно было бы если бы пластинка не царапалась. Чтобы можно было легко перейти на следующую песню. Чтобы переписывая с пластинки/кассеты на кассету, качество сохранялось. Чтобы были слова ко всем песням и побольше фоток. Чтобы можно было найти других людей, которые слушают такую же музыку. Спросить у них, что они еще порекомендуют. Чтобы вместе с плеером не надо было носить рюкзак кассет. Чтобы не надо было протирать головку в магнитофоне спиртом каждые несколько дней, только потому-что твои кассеты начинают «сыпаться». Чтобы переписывание кассет не занимало время 1:1. Чтобы выбор был побольше. Ну и конечно, чтобы все это стоило гораздо дешевле.

Сегодня, «всего» 20 лет спустя, у нас это все есть. И даже гораздо, гораздо больше. Сегодня у нас есть такие вещи, о которых мое неокрепшее сознание в те дни и мечтать не могло. Я сегодня, садясь в машину, выбираю на телефоне альбом, который хочу послушать, и который находится дома(!) на компьютере, включаю, засовываю кабель от магнитофона в телефон и еду. Я знаю, я сейчас никого не удивил, но ведь всего 5 лет назад об этом даже никто не думал.

Еще 3 года назад мы таскали с собой флэшки, на которые постоянно загоняли новые альбомы. И были довольны по уши, потому что еще 6 лет назад нам приходилось записывать диски с mp3. А еще 10 лет назад нам приходилось возить с собой обычные диски – целые сумки. Я уж не говорю о том, что 15 лет назад о дисках в машине никто и не думал: кассетники были пределом мечтаний.

Каждый раз мы радуемся новой опции, новой технологии и радости этой нам хватает на несколько недель/месяцев, а потом это становится чем-то само-собой разумеющимся.

Конечно, это удобно. Все это делается/придумывается/покупается ради удобства. Вот только кажется мне, что человек не создан для удобства. Т.е., удобство это то, что движет людьми. Удобство как цель. Но вот удобство как состояние – идет вразрез с человеческим назначением.

Самый лучший пример – пульт. Обычный пульт от телека, который породил новую форму удобства: couch potato.

Дело в том, что человек, по натуре своей, должен постоянно прогрессировать, развиваться физически, умственно и духовно. И прогресс этот не может быть удобным. Так же как физические упражнения не могут быть удобнее сидения на диване, так и процесс обучения себя новым вещам не может быть более удобным просмотра разжеванной жвачки на экране.

А теперь возьмем пример с музыкой. Вернемся на 20-30 лет назад и вспомним что было. Мы берем те копейки, что смогли съэкономить, идем в магазин и начинаем выбирать. Это может продолжаться и час и два. Наконец выбрав то, что нам кажется как то, чем мы сможем наслаждаться еще долгое время, мы покупаем и идем домой. Дома мы ставим это на вертушку и начинаем вслушиваться, изучаем обложку, читаем слова песен. Смотрим на фотки. Оцениваем каждую песню. Если нам не понравилось с первого раза – слушаем еще раз. Не судим опрометчиво. Даем еще и еще шанс. Сказать, что альбом не понравился – это только после 3-го раза. Перейти на другую песню – не хочется царапать пластинку. Да и вставать не хочется.

Музыку ценили, любили, слушали.
А потом начался бешенный технологичесий прогресс. Кассеты, плееры, диски, дискмэны, мини-диски. А потом интернет, mp3… и понеслась…

Есть куча сайтов, которые предлагают «следить» за любимыми группами и узнавать сразу о выпуске нового альбома. Обычно, к моменту выхода альбома он уже есть на торрент-сайтах. А даже если нет – подождите денек-другой. Как только он появился на трэкерах, нажмите кнопочку и через 15 минут он уже будет у вас. Шанс альбому зачастую дается только один: да-нет. Если нет, то в лучшем случае он будет лежать у вас на диске для коллекции, в худшем – стирается сразу. Музыки море – всегда есть что-то более интересное.

Об этом, конечно, знают и музыканты и чтобы не кануть в летах, они вынуждены напичкивать свои альбомы музыкой, более легкой к восприятию. Отсюда и уровень сегодняшней музыки. Песни, которые не нравятся с первых аккордов, перематываются одним щелчком. Отсюда и тенденция предпочтения хитов целым альбомам.

У группы уровня Pink Floyd, сегодня не было бы шансов. Их музыку надо понять, а сегодняшнее поколение (имеется в виду молодежь в возрасте 15-25 лет, как публика, наиболее восприимчивая к новой музыке) после затянутого вступления и нескольких скачков по остальным песням, просто стерла бы их альбом из коллекции.

С другой стороны, сказать, что музыка сегодня стала хуже – трудно. Всегда была плохая музыка. Вспомните, сколько левых групп было в 60-х, сколько всякого хипповского барахла и дешевого диско было в 70-х, что сделал с музыкой MTV в 80-х, а заодно вспомните понятие Euro-trash. Засилие рэпа/соула 90-х. А теперь мы наблюдаем кризис интернета, ютюба и т.д. Просто всегда наряду с плохой музыкой, была хорошая. И в конечном итоге от плохой оставалась в лучшем случае пара хитов, а хорошая оставалась надолго. А сейчас почему-то не наблюдается особо хорошей музыки. Во всяком случае той, что останется еще надолго.

Обвинить во всем прогресс – легко, но неправильно. Ибо прогресс неизбежим. Отказаться от прогресса – невозможно и глупо. Остается только надеяться, что также как люди находят в себе силы заниматься спортом вместо сидения на диване, они найдут в себе силы начать ценить музыку.

На концерт Paul McCartney люди приходят семьями в 3-х поколениях. Есть претенденты из сегодняшней индустрии?

Но разве это так? Посмотрите на Стива Джобса, на Билла Гейтса, на Марка Закерберга. Разве можно сказать по их виду, что они пытались заработать столько денег? В какой-то момент, конечно, деньги так или иначе играли роль. Но это не было главным. Эти люди хотели изменить мир.

Кстати, хочу сразу сказать, что не испытываю никаких особых симпатий ни к одному из них. А также к их продукции. Скорее даже наоборот. Но дела это не меняет. Никто не может оспорить популярность фэйсбука, эппла и майкрософта.

Сумели ли они изменить мир? Да. Были ли они действительно инноваторами? Спорный вопрос. Они, скорее, брали уже существующие идеи/модели и добавляя к ним немного отсебятины, толкали в массы.

Прелесть тут в том, что эти люди пытались протолкнуть технологию в повседневную жизнь, популяризировать ее до максимума. Заставить ее служить людям, причем так, чтобы люди не смогли без нее обходиться. И им это удалось. Джобс был одержим идеей внедрить персональный компьютер в каждый дом, Гейтс – показать, что програмное обеспечение гораздо более важно, чем железо, а Закерберг -  построить настоящую социальную сеть.

Получилось? Сегодня в каждом доме есть, как минимум, по одному компьютеру; софтверная индустрия ворочает миллиардами во всем мире, а 1/10 всего населения планеты (!) зарегестрирована на фэйсбуке. Наверное получилось.

Конечно, все они прекрасные и прирожденные бизнесмены. Спору нет. Но именно их харизматичность вывела их в ту лигу, где действительно они могут считаться уже бизнесменами, а не успешными хакерами.

Джастин Тимберлэйк великолепно подчеркнул это, играя Шона Паркера, одного из основателей Напстера. Конечно, трудно утверждать, что он действительно так говорил, – ведь это все-таки фильм, но мне дико понравилось, когда он сказал, что победил весь старомодный музыкальный бизнес. На удивленное возражение «но ведь ты проиграл?!», он сказал: «легально – да, но когда ты последний раз заходил в Tower Records?».

Далее, сидя в клубе, он доводит до нас мысль, что нам больше не нужны «помощники», не нужны толстые дяди с кошельками, которые постараются подмять нас под себя. Мы все можем сделать сами – это наш мир. И от этой мысли меня приподнимает. Пускай это звучит немного наивно, может даже слишком наивно, но ведь вот – Закерберг.

Так что не надо на все так пессимистично смотреть. Главное – харизма.
И как аргумент, словами «Шона Паркера»:

Look me in the eyes and tell me it’s not happening.

Каждый год в центре зала ставили большой раздвижной стол и несколько табуреток, на которые накладывались доски, чтобы все поместились. В углу стояла живая наряженная елка, под которой стояли фигурки Деда Мороза со Снегурочкой. Под елку клали подарки для нас – детей. Все то, о чем мы давно мечтали и непрозрачно намекали всем подряд, в надежде, что наши мечты все-таки сбудутся. На улице шел снег, лежали сугробы, в которых можно было поваляться. Слепить снеговика, поиграть в снежки, покататься на лыжах или на санках, поиграть в хоккей…

Дома стоял запах мандарин и грецких орехов, на площади наряжали ёлку, в школе были 2-х недельные каникулы. Но самое главное, в воздухе ощущалось оно – предпраздничное настроение. Его чувствовали все, и взрослые и дети. Оно передавалось… нет, оно даже не передавалось, оно просто появлялось, причем у всех сразу. Это было нечто магическое – сегодня Новый Год! Мы были слишком малы для того, чтобы понимать выражение «с новым счастьем», ведь для нас счастьем являлись именно те подарки, что появлялись под елкой. Но тем не менее настроение мы ощущали очень хорошо. Мы чувствовали, что это нечто большее, чем подарки. Просто не понимали…

С тех пор прошло больше 20-ти лет. Уже давно нет с нами дедушки, и не так давно – бабушки. И мы уже больше 20-ти лет граждане совсем другой страны,  с совершенно другим климатом, вовсе не располагающим к новогоднему настроению. Страны, довольно отрицательно относящейся к самому факту празднования этого дня. Страны, в которой совсем другие традиции и праздники. Но тем не менее, мы все еще пытаемся поддерживать эту традицию. И зачастую создается впечатление, что нас с каждым годом все меньше и меньше.

Родители относятся к этому с легкой ностальгией, скорее приняв тот факт, что таких встреч НГ, к которым они привыкли, больше не будет. И нет у них уже давно надобности даже «досиживать» до 12-ти. Потому что в 12 ничего не произойдет и они это знают. А мы… Мы – это те несколько сот тысяч детей, у которых забрали этот самый любимый праздник детства, даже не предупредив об этом. И вот мы стараемся держаться за него, за свои воспоминания, и ни в коем случае не хотим их отпускать. Мы – целое поколение, которое никогда по-настоящему не примет никакие новые праздники или традиции, у нас есть только один настоящий праздник.

Но как можно всерьез воспринимать Новый Год в этой стране, при этом климате? Этот вопрос зачастую можно услышать от людей, которые давно перестали брать выходной 1-го января, которые забыли, когда последний раз собирали людей у себя дома в этот день. Для них встреча НГ, в лучшем случае, пройдет с компанией друзей, к которым они заскочат на часок, чтобы отметиться, но абсолютно не разделяя их настроение. В худшем случае, они просто остануться дома и даже не будут поднимать бокал шампанского в 12.

Конечно, трудно оспаривать их аргументы, когда за две недели до праздника ты идешь по улице в майке с коротким рукавом, и когда 1-го числа у тебя вполне может быть важное заседание на работе в 9 утра или экзамен. Да, трудно. Но вопрос тут в другом. Являются ли эти составляющие самым главным в этот день? Разве в союзе не было вьюг, при которых нельзя было выйти на улицу, 1-го числа? Или наоборот, абсолютно безснежные зимы, довольно теплые? Разве климат настолько решает? По-моему, нет. И разве какие-то важные дела на следующий день могут настолько повлиять на сам праздник? Опять же – нет.

Конечно, это несколько удручает, но скорее удручают именно те самые люди, которые нудят нам о том, что это уже не тот Новый Год. Он тот. Абсолютно тот же самый. Просто весь этот праздник построен на настроении. Это то, что его делает. Именно какие-то традиционные вещи, которые мы просто «обязаны» сделать в этот день. Нет, не сходить в баню. А прошвырнуться по магазинам, сквозь эти толпы, чтобы купить то, что как всегда, забыли. Поставить и нарядить елку. Раскопать гирлянду и вспомнить, что она не светит, и что ее надо срочно починить. Перезвонить куче народа и договориться о том, чтобы все всё принесли. Нарезать тазик оливье, предварительно поспорив о его составе. Проверить, что водки хватит и шампанское-таки не забыли купить.

А после обеда, пытаясь немного заглушить в себе растующее возбуждение, сесть перед экраном, и в сотый раз (причем буквально), с удовольствием посмотреть Иронию Судьбы. Все еще смеясь с этих шуток. Все еще цитируя вслух все крылатые фразы.

А потом все начинают сходиться. Все веселы, все возбуждены. Все ожидают чего-то магического. Хотя все довольно взрослые люди. У многих дети. Всем за 30. Никто не верит в Деда Мороза, но каждый немного надеется в душе, что в этом году будет немного лучше. И когда наступит этот момент и пробьют куранты, и раздастся звон бокалов, и зажгутся бенгальские огни, ты на секунду ощущаешь себя тем самым ребенком, которому первый раз в жизни родители разрешили досидеть до 12-ти и ты ошарашенно смотришь на возбужденных взрослых, которые чокаются, смеются и искренне желают друг другу нового счастья в новом году.

И в эту ночь ты позволяешь себе забыть о работе, об учебе, о бытовых проблемах. Ты в кругу друзей и ты рад этому. Ты смотришь в их глаза и ты видишь, что они с тобой на одной волне. Ты знаешь, что ночь коротка, и ты пытаешься выжать из нее максимум. Ведь потом придется ждать целый год.

И даже когда по телеку вдруг запоет Кирокоров, ты не спешишь переключить канал – хрен с ним, пусть поет. И кто-то, встретившись с тобой взглядом, подает заветный знак. Ты берешь бутылку и разливаешь. Ты пытаешься придумать тост, но не знаешь, как выразить все свои чувства в нескольких словах. И ты глупо бормочешь что-то на тему «с Новым Годом, с Новым Счастьем», но они тебя понимают, ведь вы знаете друг друга столько лет…

И нет уже подарков, о которых мечтали и наконец получили. Нет запаха мандарин и грецких орехов. Под елкой тебя не будет ждать новая клюшка и выйдя на улицу, ты не увидишь толпы счастливых людей, весело шатающихся по заснеженным дорогам. Но есть что-то другое. Именно это ощущение этого праздника, которое по традиции, каждый год, 31-го декабря, сводит вас вместе. И в который раз ты будешь немножко надеяться, что все еще впереди…

Вот я и решил составить небольшой хит-парад моих любимых всех времен и народов. Вообще, я в основном смотрю ситкомы, но есть и драматические.

Для начала, на 10-ом месте я поставил аж 5 штук, но по той причине, что всех их смотрел/смотрю постольку-поскольку. В каждом из них есть свои моменты, но ни один из них я не могу назвать гениальным. Так, просто приятное времяпровождение.

10. 30 Rock/Coupling/Modern Family/The IT Crowd/What I Like About You

30 Rock – Alec Baldwin, Tina Fey и прикольные гости: Jon Bon Jovi, Salma Hayek, Steve Martin, Queen Latifah, Jennifer Aniston, Jerry Seinfeld, Al Gore, David Schwimmer, Matt Damon, Carrie Fischer, Isabella Rosellini, Mathew Broderick, Steve Buscemi, Conan O’Brien, Oprah Winfrey, Elizabeth Banks.

Сочитает в себе и тот самый тупой американский юмор и очень тонкие шутки. Главное привыкнуть к дико мерзким героям из главного каста (их там 3-4) и начинаешь понимать все тонкости. Действие происходит на студии, продюсирующей передачю а-ля Saturday Night Live – все, что за кадром и не только. Сейчас идет 5-й сезон.

Coupling – Британская поделка, некое подобие Friends, но все вращается вокруг отношений и секса. Очень хорошо и весело смотрится. Всего 4 сезона. Уже закончился.

Говоря о британксих сериалах:
The IT Crowd. Довольно известный в определенных кругах сериал. Всего 4 сезона по 6 эпизодов, что очень даже негусто. Последний сезон – откровенный маразм, зато первые 3 просто прелесть. Про 2-х админов в одной фирме – гиков до мозга костей. Весело и местами весьма тонко. Если будет продолжаться в духе 4-го сезона – лучше не надо.

Modern Family. Начал смотреть из-за Ed O’Neil – тот самый Эл Банди. Оказался очень забавный сериал, действительно про современные семьи. Смотрится легко и поднимает настроение. Единственный минус – семья геев. Они там лишние. А так – ништяк.

What I Like About You. Начал смотреть исключительно из-за Jennie Garth из Beverly Hills 90210. Продолжил, скорее, благодаря Amanda Bynes. Просто очень милый, смешной, наивный ситком. Скорее детский, но все равно, настроение поднимающий. Про 2-х сестричек, одной 26, другой 16. Они пытаются ужиться вместе, без надзора родителей, зато с компанией друзей-полудурков.

9. Curb Your Enthusiasm
Сериал Larry David, один из создателей Seinfeld. Очень тонкий юмор. Сериал о самом Larry, хотя, конечно, истории выдуманные. Если нравится Seinfeld,  вероятно понравится и этот. Очень много звезд в гостях. Всего 7 сезонов. Закончился «Seinfeld Reunion»ом.

8. The Big Bang Theory
Смешной и добродушный сериал о компании ученых в универе, некоторые из которых, на самом деле, хоть и являются в своем роде гениями, лучше прижились бы в дурдоме. Конкретные гики. Компанию разбавляет соседка-милашка, IQ которой ненамного выше Буша-младшего. Первый сезон пестрел заумными разговорами из области физики-химии-и еще черт знает чего, но постепенно это все отошло на второй план и теперь можно просто наслаждаться качественным юмором. Идет 4-ый сезон.

7. How I Met Your Mother
Прекрасный сериал, который взял достаточно много от Friends, но в несколько ином формате: главный герой в 2030-ом году рассказывает своим детям-подросткам о том, как он познакомился с их мамой. Рассказывает он эту историю уже 6-ой год и заканчивать не собирается. Я полагаю, что создатели сериала уже давно поняли, что формат был выбран неправильно, но делать нечего. Хотя это и не особо мешает. Очень хорошие актеры, особенно радует Neil Patrick Harris. 5-ый сезон был откровенно слабым, но в 6-ом они вернулись в колею.

6. Two and a Half Men
Из все-еще «идущих» сериалов – однозначно самый смешной. Charlie Sheen играет беззаботного состоятельного бабника. (Ну т.е. самого себя, причем в сериале его тоже зовут Чарли). На его голову, к нему подселяется его брат-неудачник со своим сыном, после того, как его выгнала из дома жена. Казалось бы, обычный ситком. Но нет. Потрясающий актерский состав и отличный юмор – залог классного сериала. Много звезд-гостей. Настоятельно рекомендуется. Идет 8-ой сезон.

5. Seinfeld
Теперь остались только уже закончившиеся сериалы. В основном классика. Про Seinfeld особо говорить нечего, полагаю, что все и так знают. Всего 9 сезонов. 89-й по 98-ой год.

4. Married… with Children
Еще одна классика, которая перевернула мир телевидения еще в далеком 87-ом году. Про этот сериал тоже можно очень много говорить, но я думаю лучше просто посмотреть. Один из самых смешных сериалов всех времен и народов.11 сезонов: 87-97 гг.

3. Lost
Первый из двух драматических сериалов, попавших в список, причем сразу на 3-е место. Сериал, равного которому никогда не было и вряд ли будет на ТВ. Коментарии излишни – надо смотреть. 6 сезонов. Закончился в 2010-ом году.

2. Beverly Hills 90210
Сериал, который  я честно смотрел 10 лет, с 15-ти до 24. Лучший из молодежных сериалов, ибо заодно является неким учебником. Сегодня молодежь такое смотреть не будет, поэтому для них сделали просто «90210″. Типа, более современно, но вот только там, кроме как на девченок, смотреть вообще нечего. Кто смотрел в 90-х, тот поймет почему он у меня на 2-ом месте. Остальные – вам не повезло. 10 сезонов: 90-2000 гг.

1. Friends.

О как…

Не могу сказать, что это является возрождением НеФакта, тем более, что оригинального домэйна уже давно нет, но если получится поддерживать это в формате блога на малом огне – тоже хорошо.

А написать я решил, поскольку посетило меня несколько мыслей, кои я и попробую выложить «на бумаге».

Помните, был такой чудесный фильм «Pump up the volume»? Про него тут даже какая-то рецензия пробегала. Фильм реально культовый, но если кто не видел, то суть такова: старшеклассник из пригорода аризоны запускает в эфир пиратскую радиостанцию и  вещает на все темы, что интересуют его и, соответственно, его сверстников.

Заодно, будучи сыном председателя коммитета по образованию (или че-то в этом роде), он имел доступ к некоторой информации, разоблачающей среди прочих и директриссу школы, в которой учится он и его радиослушатели. Цензуры никакой и родители с учителями начинают очковать. А несчастный случай с одним из учеников явился прекрасным поводом для закрытия радиостанции. Ну а как же? Он подвергает опасности детей.

Sounds familiar? Да-да, Wikileaks. Вот она, ваша хваленая Америка. Я никогда не был против этой страны, а наоборот, зачастую думал, что у нас есть чему у них поучиться. Только вот оказалось, что учиться нечему. Т.е., есть в этой стране и культуре однозначно положительные вещи, только значимость их с каждым днем все умаляется под грузом отрицательных. Вдруг все то, о чем так долго твердили большевики «защитники частной жизни» (так гугл перевел privacy advocates, не уверен, что это лучший перевод), оказалось правдой.

Вдруг стал понятен Ричард Столман, когда он уверял, что «облачные» сервисы – зло. Подтвердились страхи насчет биометрических баз данных. Стало понятно, почему централизованное управление не имеет места в Интернете. Почему кредитным компаниям нельзя доверять. Что дела шьют не только в России и не только втихаря. Но самое страшное – то, что Америка – враг номер один.

Что? Кому-то непонятно о чем я и откуда такие громкие заявления? Пожалуйста, могу разъяснить. Полагаю, что не все следят так плотно за событиями, а зря. Прямо на глазах происходит, то что прямо противоречит всем принципам демократии, и политики всего мира отмалчиваются, либо в личных интересах, либо под давлением Америки, которая предварительно обозвала всех лохами, кстати.

Так что же произошло? Сайт Wikileaks, прославившийся своими публикациями утечек на тему афганской и иракской войн в этом году, решил запостить четверть миллиона документов из архива переписок американских дипломатов по всему миру. Материал довольно скандальный, особенно для Америки. Но и не только. Всем хочется знать, что о них действительно думают заокеанские коллеги. И хотя первая тысяча уже опубликованных записей особого фурора не произвела, некоторые заметки действительно интересны. Например, чего только стоит сообщение о том, что некоторые арабские страны уламывали штаты ударить по Ирану. Но впереди еще 250.000 и что там будет – не знает толком никто. Разве что догадываются. И нехорошо им от этого.

Теперь немного о законах. Сама организация Wikileaks объединяет несколько сотрудников и несколько сотен/тысяч добровольцев. Управляется харизматичным лидером по имени Джулиан Эссэндж, который является австралийцем. Законы штатов на него не распространяются. Кроме того, по законам всех цивилизованных стран, кража информации преследуется по закону, но публикация попавшей в руки информации – нет. Это журналистика. Т.е., по всем меркам Д. Эссэндж – журналист.

Информацию он сразу передал еще в несколько изданий, включая New York Times, Der Shpiegel, The Guardian и т.д. Но дело в том (это уже мое личное мнение), что эти издания все-таки находятся под некоторым контролем, а Wikileaks – нет. Что же делать?

Надо давить, решили в Америке и начали действовать. Все происходящее далее – абсолютно четко показывает, как под давлением американских властей, корпорации сдаются и включают в ход те самые пункты в договорах, в которых оговариваются те или иные меры принимаемые при определенных обстоятельствах. Легально – да, имеют право, но проблема в том, что делается все под диким давлением штатников. И это заставляет задуматься о всех тех вещах, о которых я писал выше.

Хроника событий. Зная, с кем имеют дело, Wikileaks сразу закачали в торрент сети архив всей дипломатической переписки – 1.4ГБ, но зашифровали его. При этом предупредили всех, что если их арестуют или с ними что-то случится – ключ к архиву будет выложен автоматически. Подобрать ключ самому нереально, ибо шифровка – AES256. Теперь, насколько я понимаю, это для Америки гораздо более опасно, ибо когда сама организация или газеты публикуют этот материал, они немного фильтрют настоящие имена, дабы не подставлять людей. В случае же публикации ключа, нефильтрованная информация целиком окажется доступной любому желающему, ибо задавить файл на торрент сети невозможно. Короче, ликвидировать Джулиана – нереально.

Тогда они начали заходить с помощью годами готовящихся законов, с помощью которых, можно обвинить кого угодно. Сексуальные домогательства. Правда копать они начали еще в августе, после публикации афганских логов. Подготовили honeytrap, и склепали дельце. Из 4 пунктов. Пункты смешные до нельзя: не одел презерватив, несмотря на просьбы пострадавшей. А второй овладел, пока она спала. Come on! И это всерьез рассматривалось в суде. Ордер был передан в Интерпол! А судья испугался, что он скроется, если его выпустить под залог. Кстати, забитые до нельзя америкосы и европейцы боятся оспаривать эти обвинения и предпочитают только туманно намекать на некую нелепость – до чего довели людей…

Но по порядку. Уже в первый день публикаций, американские сенаторы начали в открытую призывать к ликвидации лидера проекта. Фирмам, предоставляющим услуги сайту грозились неприятными последствиями. Кстати, все о чем я тут пишу – в открытом доступе и сотни сайтов пишут об этом, поэтому я даже ссылками не подтверждаю ничего. Если я вдруг высказываю свое мнение – я об этом пишу.

Потом сайт стали DDoS-ить. Причем ответственность взял на себя какой-то кул-хацкер. Это было вообще смешно. Причем, даже после того, как он о себе открыто заявил, никто не пришел его арестовывать, хотя это абсолютно противозаконная деятельность.

Потом откликнулись EveryDNS, которые управляли доменными записями Wikileaks. Под предлогом, что этот DDoS мешает работе их остальных клиентов, они просто стерли запись.

Но пиратская партия не подвела и дала сайту швейцарский домэйн wikileaks.ch. А сама организация записала еще несколько европейских домэйнов.

Французские лидеры призвали убрать сайт с хостинга у себя в стране. А Amazon, в облаке которого сайт прекрасно выдерживал хакерскую атаку, под давлением амeриканских политиков, закрыл доступ к Wikileaks.

Сайт переехал сначала на шведские/французские сервера, но потом, решив не рисковать, ребята призвали зеркалить себя всех желающих. Через сутки у сайта было несколько сотен зеркал, и стало понятно, что сайт с Интернета не снять.

Тогда на организацию, существующую исключительно засчет пожертвований, начали давить финансово. Первым сдался PayPal, который заморозил их счет, ссылаясь на нарушение договора. За ним последовал MasterCard, который вообще не потрудился объяснять свои действия, что выглядело лучше в моих глазах – нечего держать нас за идиотов. Сразу за ним последовала Viza и почтовый банк Швейцарии. Но деньги все еще можно перевезти (по другим каналам). К тому же сама Швейцария и Исландия все еще держатся нейтрально.

А дальше? Затаив дыхание и скрестив пальцы следим за этим цирком, называемым демократией.

Пы.Сы. Очень хочется спать и нет сил отвечать людям, которые говорят: но ведь он ставит в опасность человеческие жизни. Если вкратце, то единственное, что он ставит в опасность – это жирные задницы этих уродов, за которых вы все голосуете.

Майк снова открыл глаза. Что было дальше, он помнил отрывками. Помнил, что убрался в умат, помнил, что все это время старался не упустить из внимания желаемую пелотку(которую звали Юля, как потом оказалось). Помнил…нет, дальше был провал. Глаза закрылись сами по себе и в голове снова зазвучала песня…

Бля, сколько можно? Где-то в подсознании он понимал, что песня звучит неспроста, но не находил этому никакого объяснения, а потому решил попробовать вспомнить еще что-нибудь.
…Люди начинали расходиться. Те, что могли передвигаться. Некоторые замаскировались на газонах и было ясно, что сегодня им отсюда не уйти. Через открытое окно он слышал, как кого-то уже ебут. Он вспомнил про Юлю. Она сидела на берегу бассейна и свесив ноги, смотрела на звезды. Майк присел рядом и обнял ее за плечи. Она удивлено посмотрела на это изъявление ласки незнакомого ей человека, но узнав в нем именинника, смягчила взгляд. Майк хотел было что-то сказать, но ему показалось, что язык все равно не будет его слушаться в таком состоянии и вместо этого он просто прижал ее к себе и засунул язык ей в рот. Нехило поддатая Юля долго не сопротивлялась. Немного пообжимавшись, он встал и потянул ее за руку в сторону дома. Она послушно пошла за ним. Они добрались до второго этажа и едва прикрыв дверь, Майк с силой разорвал на ней короткую майку и приподняв мини-юбку, засунул руку между ног. Она явно была готова. В этот момент в голове отчетливо зазвучала знакомая мелодия и мягкий голос, приглушенный эффектом, зашептал:
Раздень меня ударь меня
Чтоб боль почувствовала я
С примененьем грубой силы
Овладей и изнасилуй
Я люблю тебя ты тоже
Меня любишь но о боже
Сделай так чтоб было больно
Сделай так чтоб было

Майк на секунду остановился, потом вынул руку и наотмашь ударил Юлю по еблу.
Короткий, приглушенный крик и она лежит на кровати. Полностью отдавая себе отчет в комичности ситуации, он начал вспоминать первый куплет, чтобы понять куда именно надо ударить, чтобы «сделать так, чтоб было больно».
«Ногой в живот и кулаком по темени» нашептала ему добрая тетя и Юля словила с ноги. Удар по темени получился слабоватым, но тем не менее Юля зарыдала и действительно начала молить о пощаде. Майк торжествовал – все шло по плану. Он резко развернул ее задом к себе и опустил на четвереньки. Задрав ей юбку и расстегнув себе ширинку, он как можно грубее вошел в нее, не переставая хуярить кулаками по спине(несмотря на то, что в инструкции об этом ничего не говорилось, ему казалось, что именно это действие соответствует словам «Сделай так чтоб было больно»). Кончить в таком состоянии невероятно трудно – это и дети знают, поэтому несмотря на сильнейшее возбуждение от всего происходящего, он мог продолжать еще довольно долго. В голове зазвучал 3-й куплет:
Сексуальный поединок
Боль и счастье в нем едины
Крики судороги спазмы
Приведут меня к оргазму
Дай познать мне наслажденье
Ради наших отношений
Сделай так чтоб было больно
Сделай так чтоб было

Майк старался изо всех сил. Когда он почувствовал приближающийся конец, он с силой перевернул ее, для того, чтобы успеть кончить ей в рот, но перевернутая с нехуевой силой, Юля ебанулась головой о стоявшую рядом тумбочку, свалилась на пол и как-то смешно задергалась. В голове опять зазвучало:
Крики судороги спазмы
Приведут меня к оргазму

Решив не обламывать ей этот неземной кайф, Майк спустил куда-то в ее сторону и упал на кровать. Сказать, что он был доволен собой – это ничего не сказать. Он был пиздец как собой доволен. Глаза начали слипаться и он погрузился в крепкий сон…

Глаза вновь открылись сами собой, но на этот раз зрачки были расширены от ужаса. Очень медленно Майк подтянулся к краю кровати и посмотрел вниз. В луже крови лежала Юля с пробитым виском и искаженным ебалом. Остекленевшие глаза смотрели прямо на него…

Потом был блэкаут. Были слышны крики, звуки скорой и мусоров, в ебло светили фонарем и вязали руки, куда-то вели…

…Майк открыл глаза. В голове шумело. Но сквозь шум проскакивали какие-то ноты. Потом в голове заиграла песня:
В саду моей души сорняк
Растет среди цветов любви
Мне говорят что я маньяк
Что руки у меня в крови
Хирурги мозга моего
Хотят чтоб я вину признал
Но я не помню ничего
Я никого не убивал
Оставьте в покое меня умоляю
Я ничего не помню я ничего не знаю
Меня исследуют врачи
Им интересен случай мой
Мое сознание кричит
А тело просится домой
Я никого не убивал
Но иногда мне снятся сны
Потоки крови и подвал
И чьи-то трупы у стены
Оставьте в покое меня умоляю
Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю, Я ничего не помню я ничего не знаю…

Дэн сидел на подоконнике и курил подряд уже третий «Кент». Медленно выпуская дым изо рта, он любовался неспешно плывущими облаками и черкал что-то в своем блокнотике. С Таней он проучился в одной группе уже три года, поддерживая с ней самые теплые дружеские отношения. В голове будто стоял на повторе записанный накануне диалог:
…- Привет, Танюш.
- Привет, Дэни, как твои дела?
- Нормально, а ты чего такая грустная?
- Не знаю, что у меня сегодня с настроением, все достало.
- Нет, с таким подходом к жизни ты далеко не уйдешь. Рассказывай, что случилось?
- Да ничего, говорю же. А как у тебя, Дэни, на личном фронте?
- На личном фронте я успешно тесню врага, тылы прикрыты, иду в контратаку.
- А если серьезно?
- Если серьезно, то я один. А… а у тебя как?
- Никак.
- Как же так, совсем никого у тебя нет?
- Нету.
- Странно, я всегда думал, что ты окружена поклонниками.
- Окружена, а зачем мне они? Все, что мне нужно – это немного уважения. А мой последний парень оказался чмом.
- Как это «чмом»?
- Он оскорблял меня перед своими друзьями. Я у него была и «шлюха» и «проститутка».
- Да как он… Называть тебя так?!
- Ну видишь, он не ценил меня как личность. Я ведь девочка из богатой семьи, вот ему и хотелось показать остальным, что он меня такую «крутую» приструнил.
- Так зачем же ты с ним была?
- Поначалу он милый был…

Подонок! Как он смеет ее оскорблять?! Убью его!!! Да что я могу?
Дэн подошел к зеркалу с сигаретой в зубах. Сердце качало наполненную адреналином кровь со скоростью сумасшедшего барабанщика. Дэн сделал свирепое лицо и выполнил перед зеркалом несколько боксерских движений. Блокируя воображаемый удар, он задел пальцем сигарету, и та, рассыпаясь снопами искр, полетела на диван. Выругавшись, Дэн поспешил поднять ее. На новом диване красовалась черная опалина. Дэн поскоблил ее ногтем и вновь подошел к зеркалу, изучая свое лицо. На него из зеркала смотрел подросток, которому с трудом можно было дать даже шестнадцать лет. Усы и борода совсем не торопились появиться на его юном лице. Несмотря на невысокий рост, Дэна вполне можно было назвать симпатичным юношей. У него были правильные и тонкие черты лица, волевой подбородок и высокий лоб. Только внимательный взгляд его серо-голубых глаз выдавал настоящий возраст – двадцать лет. Лицо было бледным и неподвижным, оно больше походило на маску, на которой жили только глаза. Наверное, благодаря этому странному выражению, Дэн пользовался определенной популярностью у девушек.
Да только на хрена они мне нужны, эти девушки?! Ни одна из них никогда даже рядом не станет с Танюшей! Я не собираюсь размениваться на этих похотливых малолеток! Эх, Таня, какого хрена ты со мной сделала? Нам не быть вместе, но и с другой я быть не хочу! Гребаная любовь, зачем она вообще нужна?
Таня была действительно красивой, но нельзя было назвать ее внешность модельной. У Дэна даже в мыслях не было ставить ее наравне с этими размалеванными красотками с обложек. Дэн представлял себе Таню на обложке книги фэнтези, именно книги, а не глянцевого журнала. Было что-то очень естественное в ее красоте, в этой настоящей, неподдельной улыбке, в лучистых глазах, в движениях… Любая одежда, которую она носила, казалось, была сшита специально на нее, любой макияж только подчеркивал безупречные линии лица. Дэн закрыл глаза и вызвал в памяти ее образ. В мельчайших подробностях он вспомнил каждую складку ее губ, каждый мимический жест. Он закурил еще одну сигарету и снова взял в руки блокнот.
А с другой стороны, что я теряю? Потерять ее как друга я не боюсь – она не такая. Какого хрена, почему бы и нет?!
Дэн достал из кармана телефон и списал с блокнотика стихотворение:
Nebo plavitsja, po krajam oplyvaja
Slivo4noj penoj bestelyh figur,
My snotrim na zapad, kak starost’ dnevnaja
Struitsja artel’ju belyh karrikatur.
Ozarennoe krasnym bezduwnym rubinom,
Unyloe stado posluwnyh ovec
Val’ja*no pasetsja nad morem pustynnym,
**enoj plastmassoj svisaja s nebes.
I my s toboj, lica k zakatu,
Ruka na ple4e, dva bokala ognja,
Sladkij zapah volos razruwaet dogmaty,
Soglasnym mol4an’em vstre4aem smert’ dnja

Перечитав его несколько раз, он заставил себя нажать на клавишу «отправить».
Что я наделал? Все, назад пути нет. Почему она не отвечает? Блин, какого хрена я отослал его? Тем более такое стихотворение! У меня в блокнотике и получше есть, а отослал самое дерьмовое. Так хорошо общались, а теперь сам же все испортил. На дворе сессия, она к экзаменам сейчас готовится, а я тут лезу со своей влюбленностью.
Через десять минут вдумчивого чтения пришел ответ. Дэн знал, что от нее, но втайне надеялся, что это прислал кто-то другой. Сначала даже хотел удалить сообщение, не читая, придумать потом какую-нибудь чушь из серии «ошибся номером» и навсегда об этом забыть. Но спустя некоторое время любопытство победило, и Дэн нажал «открыть»:
Deni!!!,-tak krasivo,prosto slov net…obaldet’…

Какого хрена?! Я произвел впечатление! Я произвел, проИЗВЕЛ, ПРОИзвЕЛ!!! Нет, не может быть! Хотя… Девушка просто оценила стихотворение, ничего больше. Она в тебя, Дэни, не влюбилась, она приятно удивлена, да и только.
От волнения Дэн начал мысленно общаться сам с собой. Поцеловав телефон в дисплей, он начал размышлять над следующим шагом, наперед рисуя в воображении сюжетную линию развивающихся событий.
Так, сейчас главное не спешить. Она заинтригована столь двусмысленным знаком внимания с моей стороны, но не буду же я сразу просить ее о свидании! Глядя на облака, он задумался над тем, что ему написать.
Spasibo, Tanjuffka:) Sidel prosto na podokonnike, smotrel na oblaka i ne pridumal ni4ego lu4we, kak pisat’ stihi pro more:) nu a esli pisat’, to komu, kak ne tebe:) Ja pravda na more ho4u, davaj poedem s toboj sej4as? Smotret’ na zakat, kak ja napisal…

Отправить.
- Идиот! Придурок, кретин!!! Какого хрена я написал! – прокричал Дэн и рухнул на кровать. Какое-то время он только тихо выл, уткнувшись лицом в подушку. Единственным верным выходом сейчас было провалиться сквозь пол, отбить бока о нижние три этажа и уйти под землю так глубоко, чтобы никто и никогда не смог его там найти. Он уставился в одну точку и опять заговорил сам с собой:
- Может, не дойдет? Отчета о доставке еще нет… – в самом деле, почему бы этому сообщению не затеряться в одном из бесчисленных тупиков цифрового лабиринта? Были же случаи.
Телефон робко известил хозяина о том, что с блеском исполнил роль коммуникатора, и сообщение было доставлено. Дэн всерьез задумался о том, как он сейчас выбросит трубку в окно. Время шло, а ответ не приходил.
Это даже хорошо, что не отвечает. Улыбнется сейчас снисходительно моей милой попытке и забудет. А все-таки здорово, что она меня сейчас так отшила – меньше расстраиваться буду.
Мобильник издал тихий булькающий звук, за последние полчаса Дэн уже успел его возненавидеть, – это означало, что на номер пришло новое сообщение. Со всей спешностью живого мертвеца он двинулся к подоконнику и взял телефон в руку:
ja sejchas zanjata, no predlozhenie zamanchivoe:-) davaj cherez paru chasikov ja tebe pozvonju?

Что-то изменилось. В ее отношении ко мне. На первом курсе несколько раз пытался позвать ее на дискотеку – ответ всегда был один. А ведь сейчас она тоже ничего определенного не сказала? Просто не хотела меня расстраивать прямым отказом, а потом позвонит и скажет, что у нее внезапно появилась куча дел.
Но Дэна не оставляло предчувствие, что в этот раз все пойдет иначе. Карандашом он нарисовал в блокноте розу и подписал внизу страницы число. Все, что теперь оставалось делать – это ждать. Дэн сел за стол и взял конспекты.

II

В 15.29 телефон зазвонил. Прежде чем снять трубку, Дэн какое-то время задумчиво разглядывал высветившуюся на дисплее картинку. Фото было убогого качества, темное и размытое, но лучшего Дэн не имел. На серьезном и грустном лице Тани была вымученная улыбка, видно было, что тот момент ей было совсем не до каких-то идиотских фотографий, и она делает над собой усилие, чтобы не послать несостоявшегося фотографа к черту.
- Ало.
- Привет, Дэни, как насчет моря? Мы едем с тобой?
- Моря? Эээ… да, конечно. Сейчас?
- Ну, если ты сейчас занят, то можно попозже…
- Нет, не занят. А что? Поехали! Только одно условие: дай своему Мерседесу отдохнуть, оставь его в гараже.
- А что, на автобусе что ли?
- Нет, мы едем попутками.
- Попутками? Прикольно!
- В этом есть своя романтика. Ну что, в пять на Петре?
- Где?
- Памятник Петру I, недалеко от быков.
- А давай лучше возле Планеты где-нибудь? Мне там идти ближе.
- Хорошо, давай в пять у Планеты. Я бегу за вином!

Дэн был сам удивлен своему спокойному голосу во время разговора, однако, стоило ему повесить трубку, он едва сдержался, чтобы не закричать от распирающего изнутри восторга. «Она позвонила!!! Черт, я еду на море с девушкой своей мечты!» – опьяненный этим фактом, Дэн выдернул с пачки еще одну сигарету и с упоением затянулся.
Блин, что мне надеть… Ленары и футболка… Нет, по-детски как-то…
После долгих раздумий Дэн остановил выбор на своем любимом коричневом растаманском пиджаке, широких потертых джинсах и кедах и окрыленный мыслями о предстоящей встрече вышел во двор. В рюкзаке помимо запасной толстой кофты было пляжное полотенце, зонтик (на всякий случай) и несколько компактов Комитета Защиты Тепла и Пятницы. Поставив один из них в свой плеер, он двинулся на поиски ближайшего банкомата, сопровождаемый солнечными звуками регги и заинтересованными взглядами дворовых бабулек. «Все-таки, жизнь непредсказуемая штука, и нечего загадывать на будущее! Capre Diem*» – подумал Дэн. Банкомат он нашел уже на подходе к площади, простоял двадцать минут в очереди и снял оттуда несколько сотен. «Гребаные очереди, сейчас еще и на свидание опоздаю», – Дэн ускорил шаг в направлении супермаркета за вином. В винах он разбирался прекрасно: они со старшим братом каждые выходные устраивали посиделки, смотря фильмы из проката за вином и гашишем, а ничто не способствует распробовать вкус вина лучше, чем канабис. Не мудрствуя лукаво, он купил бутылку Шардоне и два стеклянных бокала. Завернув их в рекламную газету, которую раздобыл там же, он закинул их вместе с бутылкой в рюкзак. Когда он дошел до ресторана «Планета», Таня уже ждала его там. «Странная девушка, – подумал он, улыбаясь ей навстречу, – пришла без опоздания, да еще и раньше меня».
- Привет.
- Хаюшки, красавица, давно ждешь?
- Нет, я только пришла.
- Странно, я думал, ты опоздаешь, как вы это все обычно делаете.
- Нет, я не люблю опаздывать.
- Клево.

Некоторое время они шли молча. Дэн хотел говорить с ней, слышать ее голос, но ему никак не удавалось придумать тему для разговора. Наконец, он задал самый глупый вопрос, какой только мог:
- Как сессия, к экзаменам готовишься?
- Да, сегодня читала немного, потом надоело, и я телек смотрела. А потом ты написал, и я подумала, что отдохнуть денек можно.
- Ты же написала, что занята. Это ты телевизор смотрела?
Какого хрена я к ней прикопался? Это не мое дело, чем она занята была.
- Нет, ко мне подружка должна была зайти, я ее ждала.
- Понятненько…
Блин надо срочно придумать тему для разговора, а то уже неловко как-то…
- Странно, я всегда легко находил общий язык даже с незнакомой девушкой, а с тобой иду и несу всякую чепуху.
Метод Гордея, одного из лучших друзей Дэна: люди теряются, если начинаешь говорить искренне.
- Ты не поверишь, но ты не первый, кто мне это говорит. Что вы меня все боитесь? Я не кусаюсь.
- Не знаю, наверное, парни чувствуют себя ниже, чем ты.
- В каком смысле «ниже»?
- В смысле, вот, как я. Иду сейчас с тобой и думаю только о том, как бы развеселить тебя, завязать разговор. И чем больше я об этом думаю, тем меньше у меня это получается.
- Ну а причем здесь «ниже»?
- «Ниже», естественно, по статусу. Вот о чем я говорю. Женская красота вообще страшная сила. Мужчина теряет дар речи, стремительно тупеет и ведет себя, как ребенок. Я терпеть этого не могу в себе, но ведусь на эту приманку так же.
- Не знаю, как это расценивать, как комплимент или как обвинение?
- Ой, прости, пожалуйста, не хотел тебя оскорбить или тем более винить.
- Да ничего страшного, Дэни.
- Блин, зря я так сказал. Тут другая ситуация. Фишка в том, что твоя внешность зачастую затеняет твою личность. Нет, внешне ты мне, конечно, нравишься, даже очень, но это для меня не главный показатель человека. Я ценю в тебе твою внутреннюю красоту. Постскриптум: вот это уже комплимент.
- А куда мы сейчас идем?
- Мы идем на Советский проспект ловить попутки до Чкаловского поворота. А оттуда уже на море.
- А мы быстро уедем?
- Тут уж как повезет, в этом и состоит азарт путешествовать автостопом. Вот если бы ты ехала одна в Светлогорск, ты бы подобрала голосующих парня и девушку?
- Да.
- И я бы подобрал. Хороших людей на свете все же больше, чем плохих.
Они шли еще долго, разговаривая и смеясь. Наконец, они подошли к последней остановке на советском проспекте и вытянули руки. Первая же машина остановилась. Это был старенький Опель, за рулем сидел усатый дядя с добродушным лицом.
- Здравствуйте, до Чкаловского поворота подбросите? – поздоровался Дэн.
- Садитесь.
Дэн запрыгнул на переднее сиденье, а Таня грациозно села на заднее. Единственное, что оценил Дэн в машине – это новенькую мп3 магнитолу «Пионер» и внушительные басы динамиков. Играла песня Дельфина «Вера».
- Далеко собрались? – поинтересовался водитель.
- На море, в Светлогорск, – ответил Дэн.
- Ну, тогда я вас до Светлогорска и подвезу, нам по пути.
- А вы с работы едете?
- Да, я в Светлогорске живу. Я сейчас в Зеленоградск по делам заеду, а потом домой. Устроит вас так?
- Да, конечно.
- А вы на турбазу что ли?
- Нет, просто на море. На закат хотим посмотреть, а потом обратно.
- Романтики, я тоже в свое время автостопом много путешествовал. А где учитесь?
- В РГУ имени Канта, на переводчиков.
- Вместе что ли?
- Да, вместе. А вы? Кем работаете?
- А я редактор газетки одной. «Ярмарка», знаешь такую?
- Да, знаю. Популярная газета у нас в области. Даже больше, чем «Из рук в руки».
- Да что? Работа не пыльная, платят прилично.
- А можете погромче немного сделать? – вмешалась Таня. Играла песня «Серебро».
- Могу, – он крутанул вправо одну из ручек, – как зовут-то тебя? Молчишь сидишь.
- Таня.
- Очень приятно, а я Олег.
- А я Дэн, это настоящее имя. Звук какой хороший. Да и магнитола ничего.
- Да, на музыку никогда не скуплюсь. Особенно Дельфина люблю, хорошие стихи у него.
- А скоро концерт будет у нас, по-моему, 19-го июня. Пойдете? – Дэн невольно зауважал человека, ценящего тексты Дельфина.
- Нет, он на Вагонке будет, это все-таки молодежный клуб. Что я там забыл?
- Ну да. А регги любите?
- Чего? – не понял Олег.
- Регги, музыка такая. На Ямайке зародилась, Боб Марли – может, слышали такое имя?
- Нет, никогда не слышал.
- А у меня диски с собой есть, хотите, поставлю? В основном, русское и несколько лично моих текстов.
- А ты музыку пишешь? – удивилась Таня с заднего сиденья, – ты никогда не говорил.
- Ты не спрашивала, а хвастать своими талантами я не очень люблю.
- Ну, ставь свой диск, – Олег нажал «eject» на панели магнитолы.
Дэн достал компакт Пятницы и вставил в щель. Магнитола с аппетитным жужжанием заглотила диск.
- А эту песню я знаю. «Солдат», ее по радио ставили несколько раз. Это и есть регги?
- Да.
- А твои песни на этом диске? Включи что-нибудь.
Тон пощелкал до тридцатой дорожки, и заиграли гитарные аккорды. Дэн промотал немного вперед:

…Невысказанных мнений, кто дурак, а кто гений
В стране ценных бумаг и политических трений.

И лишь земное притяженье дает мне свободу,
Свободу полета с небес обратно в болото,
Что может быть страшнее, чем сидеть, сложа руки?
Смотри, Кенигсберг, твой сын умирает со скуки.

Бежать, отпустите, мне нужно домой,
Бежать без оглядки в родной город мой,
Туда, где слышен прибой, берег ласкает волной,
Забери меня, город мой, обними, успокой…

- Любишь Калининград? – спросил водитель.
- Да, очень люблю…
- А вы же в Зеленоградск хотели заехать? – Таня заметила, что Олег повернул в сторону Светлогорска.
- Черт, заболтался тут с вами и повернуть забыл! Да фиг с ним, завтра с утра заеду. Мне там только документ забрать надо было.
Оставшийся путь они проехали молча, слушая диск Дэна.
- А вас куда завезти-то? – спросил водитель уже в городе.
- К вокзалу можно, там до моря недалеко.
- Хорошая у тебя музыка, Дэн.
- Спасибо, если диск понравился – можете оставить. Я еще нарежу. Да, на той остановке нас высадите, пожалуйста.
- Спасибо.
- Это вам спасибо, до свиданья!
- Счастливо, молодежь!
Таня и Дэн вышли из машины. Олег, ехавший всю дорогу спокойно, вдруг надавил на газ и с ревом скрылся за поворотом.

III

- Ну, как тебе поездочка? Познакомились с дядькой добрым, пообщались мило. А если бы на твоей машине поехали, дорогу бы даже не заметили, – у Дэна было чувство, будто он уже целую вечность общается с Таней, а ведь еще днем он боялся даже смс ей отправить.
- Да, классно доехали!
- У нас еще около двух часов до заката. Предлагаю по городу погулять, пойдем?
- Пойдем.
Надо сказать, что со стороны они смотрелись весьма комично: Дэн в усыпанном нашивками длиннополом пиджаке поверх оранжевой безразмерной рубашки, просторных джинсах и кедах и Таня в джинсах Dolce&Gabbana, белой рубашке и полуспортивных туфлях, с идеальным макияжем, маникюром и прической шли на расстоянии полшага друг от друга и оживленно спорили:
- А откуда ты знаешь, что это была любовь у тебя с ним?
- Ну, просто знаю.
- Хорошо, а что для тебя любовь?
- Любовь – это готовность пойти на самопожертвование ради другого человека, желание быть с ним каждую минуту.
- И ты это к нему чувствовала?
- Я думаю, что да.
- А знаешь, что для меня любовь?
- Что?
- Для меня любовь – это нечто большее, чем все эти пошлые зажимания по подъездам и рестораны. Вспомни, ты в детстве наверняка ходила в церковь, что ты чувствовала? Этот трепет, благоговение, восторг. По-моему, эти слова подходят для определения понятия. А вообще, есть простой тест, чтобы определить настоящую любовь. Сказать?
- Скажи.
- Представить себе несчастный случай. Аварию, катастрофу – твой любимый становится калекой. Допустим, его парализует на всю жизнь. Кому нужен калека? Он нужен человеку, который его любит. Быть с ним несмотря ни на что, быть с ним до конца! Была ли ты готова на это ради него?
- Я… Не знаю.
- Вот о чем я говорю. Так много людей сейчас женится неподготовленными к этому чувству! Их любовь не настоящая, она лопается под прессом рутины, и разлетается на лоскутки обиды за зря потраченное время и усилия. Истинную любовь не раздавить ничем. Это Ромео и Джульетта, это Алинка с нашей группы, готовая бросить здесь все и уехать жить в Мухосранск с любимым человеком. Именно так она и проверяется.
- Да, но ее нужно найти…
- Ее не нужно искать. В большинстве случаев она сама находит людей, которые не торопятся с непродуманными решениями.
Дэну очень хотелось взять ее за руку и сказать, что она и есть единственный для него человек. Но он говорил так проникновенно, что сам начал себе верить. Он задумался, а есть ли любовь в том, что он чувствует к Тане? «Посмотрим, – решил он, – сам же только что говорил, что не стоит никогда торопиться». Солнце, постепенно теряя тепло и свет, медленно ползло по небосклону на запад. На дороге растянулись во весь рост и чертили причудливые узоры тени деревьев, готовые в скором времени залить своими чернилами весь город. Уличные торговцы янтарем и хот-догами начали сворачивать свой бизнес и удаляться к теплым очагам своих квартир, прочь от надвигающегося мрака.
- А не пора ли нам на пляж? Не то упустим то, за чем ехали, – Дэн взял, наконец, Танину руку в свою, удивившись собственной смелости.
- Дэни, а как мы обратно поедем?
- Предоставь это мне, я же взял тебя сюда под свою ответственность.
- А все-таки?
- Опять автостопом можно, хотя не стоит: вечером реже берут. А вообще, отсюда автобусы и маршрутки допоздна ходят.
Они спустились на пляж и расстелили полотенце Дэна. Вдоль берега прогуливались, держась за руки, парочки, небольшая компания сидела в стороне у костра и пела под гитару. Дэн достал из рюкзака вино и разлил по бокалам. Таня поежилась и сказала, что вечер будет холодным. Дэн, еще раз похвалив себя за запасливость, снял с себя пиджак и накинул ей на плечи, а сам надел свою толстовку.
- За смерть дня, – они подняли бокалы. Звон хрусталя возмутил гармонию равномерных звуков вечера: шепот волн и шелест листвы. Дэн молча смотрел на море. Все было именно так, как он мечтал сегодня днем: красные снопы света проникали сквозь низко висящие над горизонтом облака, подкрашивая их изнутри, дорожка от солнца шла по воде прямиком к ним, сидящим на пляже.
- А все-таки, скажи, почему ты вдруг решила поехать? – задал Дэн вопрос, не дающий ему покоя весь вечер.
- Я вдруг подумала, что тебе можно доверять…
Они вновь замолчали. Дэн налил еще вина и положил руку ей на плечо.
- При дворе Людовика XV бытовало такое понятие, как словесный поцелуй, – вдруг сказал он.
- Это как?
- Только если ты не против, я продемонстрирую.
- Нет…
Дэн прижался губами к ее уху и тихим грудным голосом заговорил, опьяненный чарующим запахом волос:
- Мадмуазель, Вы прекрасны. Я не художник, но я готов целыми днями рисовать Ваш портрет. У меня были женщины, но ни одна из них никогда не сравнится с Вами. Я богат, но что даст мне мое богатство, если Вас не будет рядом? Я знатен, но я готов отказаться от своего рода только ради Вашей улыбки. Я хочу быть с Вами каждое мгновенье, как преданный пес, я готов целовать ваши руки, грустить, когда Вы грустны, и радоваться, когда Вы счастливы. Высшее счастье для меня, мадмуазель, – это умереть по первому Вашему слову. Я ловил каждый Ваш взгляд, каждое движение бровей, пытался понять магию Вашей красоты, однако все мои попытки были напрасны. Я очарован Вами, Ваш образ никогда не покинет мое сознание, я буду ложиться и вставать, думая о вас… – Дэн почувствовал себя полным идиотом и отстранился от нее. Таня молчала, глядя ему в глаза.
- Ты говорил… Это было… Искренне.
- Да.
Он обнял ее за плечи и поцеловал в губы. Никогда еще Дэн так не упивался поцелуем. В нем смешались и бесконечная нежность, отдающая душу на растерзание любви, и всепоглощающая страсть, граничащая с безумием, и горечь понимания того, что быть с этой девушкой ему не суждено. Он чувствовал, как она ласково запустила руку ему в волосы, прижимаясь к нему все ближе…

IV

Дэн оторвал от облаков взгляд, списал стихотворение с блокнота и отправил на номер Тани:

Nebo plavitsja, po krajam oplyvaja
Slivo4noj penoj bestelyh figur,
My snotrim na zapad, kak starost’ dnevnaja
Struitsja artel’ju belyh karrikatur.
Ozarennoe krasnym bezduwnym rubinom,
Unyloe stado posluwnyh ovec
Val’ja*no pasetsja nad morem pustynnym,
**enoj plastmassoj svisaja s nebes.
I my s toboj, lica k zakatu,
Ruka na ple4e, dva bokala ognja,
Sladkij zapah volos razruwaet dogmaty,
Soglasnym mol4an’em vstre4aem smert’ dnja

Таня лежала в ванне и читала смс. «Странно, чего это он? – думала она, – а стихотворение красивое».
- Deni!!!,-tak krasivo,prosto slov net…obaldet’…
- spasibo:) 4em zanimaew’sja?
- ja k examenu gotovljus’
- a 4to ty delaew’ posle examena?
- s drugom idu guljat’, mozhet, na more poedem. a chto?
- a ja idu s devuwkoj guljat’ pravda sprosit’ ee ob etom ja dogadalsja tol’ko sej4as:))
Вот, теперь понятно, к чему это все. Мило, конечно, но я не завожу романов с однокурсниками. Как бы ему это сказать, чтобы он не обиделся?
- net, Deni, ne poluchitsja, izvini…(
- ja nakonec-to kreativ dopisal, ho4ew’ ssylku? tam pro tebja:)) – это MMS, к сообщению прилагалась фотография нарисованной карандашом розы.

*Capre Diem (лат.) – дословный перевод «лови день». Зд. живи сегодня, наслаждайся моментом. Примечание автора.

© copyright by Михей Князев

Hello.
Is there anybody in there?
Just nod if you can hear me.
Is there anyone home?

Повестка для резервистов среди израильской почтовой корреспонденции выделяется сразу. Она чуть короче чем обычные почтовые конверты, и противного коричневого цвета. Открыв её я не был удивлён. Опять 24 дня. Опять на палестинских территориях. Пидары ебучие.
4 дня на то чтобы вспомнить где в автомате предохранитель и как стрелять из движущегося джипа пролетели быстро, и – опа! – вот мы уже и занимаемся всякой хуйнёй на этих самых территориях. Загранпосты, засады, аресты, патрульные джипы, а в основном пешие прогулки по арабским деревням на закате – так, без определённой цели – на людей посмотреть – себя показать. Остановить пару- тройку машин, проверить документы, и тому подобная туфта.
Ну, и, натюрлих, для того чтобы попасть от нашей базы в сектор в котором мы совершаем эти ёбаные экскурсии, надо 40 минут ехать ( блистательная военная логистика). Армейская транспортировка солдат это вообще отдельная тема. Когда то это был страшный кузов установленный на шасси грузовика, и в нём автобусные сиденья. Конечно, лучше чем теплушка, но всё равно все этот метод поездок солдаты ненавидели. Потом палестинцы перешли с камней и бутылок Молотова на автоматы и придорожные бомбы, а армия перешла на бронированные автобусы – настоящие. Это зачОт. Однако для 10-ти человек автобус туда сюда гонять дороговато. Следующей фазой были просто грузовики с бронированным кузовом. Это была просто жопа. Про лязгающие бронетранспортёры как средство передвижения, я вообще не говорю.

Come on, now.
I hear you’re feeling down.
Well I can ease your pain,
Get you on your feet again.

Для чего я всё это рассказал? Для того чтобы вы, читатели, могли понять моё изумление, когда я увидел на территории нашей базы небольшой фургон, типа тех в которых ездят инкассаторы, и собирают с населения бабло. Поинтересовавшись что это, я получил ответ что на этом фургоне мы будем кататься на задания. Фургон был – само собой – бронированным. Это только американцы на своих жестяных Хаммерах по Ираку гоняют. У нас с бронезащитой серьёзно. Сиденья в фургоне были мягкими, с ремнями безопасности (пиздец, 21-ый век). Там ещё много было всякой совершенно футуристической хуйни, в этом фургоне, но это не столь важно. Важно то что в нём был кондиционер, а ещё важнее это то что в нём был радиодиск с динамиками. При фургоне служили два водилы, менявшиеся раз в 3 дня. Как и большинство водителей в израильской армии, они были русскими, и, как и большинство русских водителей в израильской армии, они были себе на уме, или проще говоря – немного ебанутыми.

Relax.
I need some information first.
Just the basic facts:
Can you show me where it hurts?

Так как водилы большинство своей службы в армии спали, а остальную часть времени водили свой бронированный драндулет, им было довольно скучно. Развлекались они в основном музыкой. Им было довольно наплевать на то что их пассажиры это уставшие пехотинцы – резервисты 25-40 лет, и всё что они хотят в жизни это спать. Вообще, главный жизненный принцип ди-джеев («Know your fucking audience!!») был им совершенно чужд. Несмотря на то что большинство их слушателей были израильтянами, водилы крутили дни напролёт всяких Катей Лель, Кристин Орбакайте, Филиппов Киркоровых и Иванушек Интернешенл. Иногда эта дребедень перемежалась более менее вменяемой подборкой старых добрых 80-х, среди которых блистали «Modern Talking» и подобные им товарищи. На счастье водил, их пассажиры были настолько уставшие что спали под любую музыку.

There is no pain, you are receding.
A distant ships smoke on the horizon.
You are only coming through in waves.
Your lips move but I cant hear what youre sayin.
When I was a child I had a fever.
My hands felt just like two balloons.
Now I got that feeling once again.
I cant explain, you would not understand.
This is not how I am.
I have become comfortably numb.

И вот настал решающий день. Командование решило что мы (перевод: они) достаточно страдали хуйнёй, и пора нас послать на серьёзный экшн. Серьёзным экшеном оказался какой то палестинский хмырь, про существование коего резко вспомнила служба безопасности и захотела с ним пообщаться. Обычно резервистов на такие подвиги не посылают, но наш ротный так долго выёбывался перед его командирами, что на него махнули рукой и отдали этот арест ему. План был стандартный: в 2 часа ночи дом хмыря неожиданно окружает рота озверевших резервистов. Хмырь, видя такое, ошалевает, выходит из дома в белье и в тапочках, и добровольно рассказывает кто его подельники и где он запрятал взрывчатку. Как всегда, план успел 20 раз поменяться, причём менялся и состав атакующей группы, и направления с которых к дому надо было подходить пешком, и дистанция до дома, и ещё миллион разных но очень важных мелочей без которых спецоперация обречена на провал. В конце концов «тихий» пеший подход к дому отменился (чему все были несказанно рады – шлёпать 10 километров по февральской грязи в полной боевой выкладке и керамическом бронежилете никто не рвался), и хмыря решили взять нахрапом – а именно, подъехать на крейсерской скорости прямо к двери, и вежливо постучать. Все разучили свои позиции, задали последние вопросы, собрали снаряжение и погрузились в фургон, в котором водила порадовал всех группой «Ласковый Май». До часа «Ч» мы торчали на другой базе, поближе к месту действия, и ближе к двум ночи начали медленное движение к цели по разным просёлочным дорогам.

Ok.
Just a little pinprick. [ping]
There’ll be no more –aaaaaahhhhh!
But you may feel a little sick.

«Приехали. Все по местам!!». Как ни готовишься морально к этому моменту, а всё равно страшно. Выпрыгиваешь из фургона, пытаешься сориентироваться в темноте, через доли секунды начинаешь различать силуэты бегущих людей, пытаешься вспомнить импровизированную карту местности и понять куда же, ёбаный рот, тебе нужно бежать. Ещё 5 секунд и я уже на месте. Командир получает сигнал о том что все на месте, и стучится в дверь. Вернее, со всей силы хуячит прикладом в жестяную калитку. Собаки, успокоившиеся было после того как наша бронированная кавалькада продефилировала со страшным шумом по всей деревне, начинают лаять опять. Свет в близлежащих домах не зажигается, хоть там никто не спит (поспишь тут!), привлекать внимание к себе незачем. Наоборот, немногие огоньки в окнах мнгновенно гаснут. Только теперь начинаешь понимать что за нестерпимая вонь наполняет твои ноздри. С уборкой мусора у палестинцев довольно хуёво, и они его жгут. А позиция отведённая мне, есть ничто иное как тлеющая куча мусора. И хуй ты с неё куда нибудь уйдёшь, потому что последнее что ты хочешь делать в тёмной палестинской деревне, это куда то идти. Потому что в любом окне может сидеть снайпер. Спасибо, я уж лучше подышу дымком. Моя задача – просматривать правый фланг дома. На крыше начинается какое то движение. Мозг отказывается сотрудничать и напоминать мне инструкции по ситуациям в которых можно открывать огонь. Большой палец левой руки уже бесшумно снял предохранитель, указательный уже легонько жмёт на курок, правый глаз припал к видоискателю прибора ночного видения.

Can you stand up?
I do believe its working. good.
That’ll keep you going for the show.
Come on its time to go.

Тьфу ты! Кошка, блин. Предохранитель закрыт, сердце учащённо бьётся, а сзади чё то оживлённо пиздят по рации. Кто то хлопает меня по плечу – сваливаем. Эт всегда пжалста. Рядом с родным фургоном выясняется что происходит. Хмырю кто то звякнул, как только мы «незаметно» заехали в деревню, и он почему то нас не дождался. Ну и хуй с ним. Каждый из нас устало садится на своё место . Водила нажимает на кнопку диска, и фургон наполняет незнакомая мне музыка. Бронемашина медленно преодолевает выбоины на дороге, а я интересуюсь у соседа что это играет в динамиках. Удивлённые глаза смотрят на меня. «Ты чего, чувак? это же «Pink Floyd!».

Как то так получилось, что «Pink Floyd» я слушал очень мало. А то что слушал как то не пошло. Ну «The Wall», ну и что?
Но эта волшебная песня просто взяла меня за глотку.
Фургон медленно катился по ночной дороге. Все спали.
А я, весь пропахший вонючим мусором, в бронежилете и каске, зачарованно слушал в первый раз в жизни «Comfortably Numb».

There is no pain, you are receding.
A distant ships smoke on the horizon.
You are only coming through in waves.
Your lips move but I cant hear what youre sayin.
When I was a child I caught a fleeting glimpse,
Out of the corner of my eye.
I turned to look but it was gone.
I cannot put my finger on it now.
The child is grown, the dream is gone.
I have become comfortably numb.

Я ищу девушку. У меня была девушка. Но наши отношения потихоньку старели. Иногда барахлили, напрягали. Она имела очевидные плюсы, например – хорошо выглядела, имела определенное чувство юмора, могла поддержать беседу. Но ее чувство юмора имело недалекую границу, а беседа начинала заходить в более удобное для нее русло, после того, как она ее поддерживала. Русло было довольно узким. Меня начало интересовать нечто большее, чем симпатичная мордашка. Мне хотелось кого-то более интересную, более развитую. Я зашел в сетку. Посидел в чатах, побеседовал с дамами. Поговорил с понимающими людьми. Выслушал советы. Поразмышлял сам с собой. Потихоньку определился. Решил, что мне нужна девушка 24-28 лет, русского происхождения, ростом 160-170, со средней фигурой, с хорошим чувством юмора и головой на плечах, которая будет выглядеть так, чтобы меня к ней влекло. Которая умеет готовить. Которой я смогу доверять. Ну и соответственно – чтобы я подходил под ее запросы. Мне наплевать на всяких шалав, которые ищут лохов, чтобы развести на бабки. Мне наплевать на точеные фигуры моделей и наштукатуренные физиономии. Мне наплевать на количество ее образований или отсутствие таковых. Мне главное, чтоб человеком она была хорошим. Начал искать девушек по данным критериям, пришел к выводу, что лучшего варианта здесь нет, но зато нашел сайт, на котором одинокие дамы выкладывали свои размеры, фотки, координаты и всякую отсебятину. Не нашел ни одной…

У группы Анонс(конец 80-х, помните «Оля любит Колю»?) была песня с такими словами:

Всё, всё, всё, продается всё на свете -
Ордена, совесть, женщины и дети,
Паспорта, гвозди, книги и ботинки,
Всё, всё, всё это есть на нашем рынке…

Теперь можно успешно заменить слово «рынок» на «интернет» и все станет на свои места.

Причем слово «женщины» не будет иметь подтекст «проститутки». А их цена(судя по сайту знакомств) равняется приблизительно зарплате(постоянной) будущего супруга.

Самое интересное, что ирония куда-то исчезает…

Я не имею ничего против интернета, совсем даже наоборот – большую часть своей нынешней жизни я обитаю именно там.

Но не кажется ли вам это немного диким?

P.S. The world is coming to an end, Mal… – Woody Harelson, «Natural born killers»